Поиск

Vatican News
Итальянский архиепископ Бруно Форте (в центре) на пресс-конференции в Ватикане Итальянский архиепископ Бруно Форте (в центре) на пресс-конференции в Ватикане  (© 2018 Catholic News Service)

Церковь кенозиса Христа

24 января, во время апостольской поездки в Панаму по случаю Всемирного дня молодёжи, Папа Франциск обратился с речью к епископам Центральной Америки, заявив, что Церковь должна быть Церковью кенозиса Христа.

Архиепископ Бруно Форте

В своем выступлении Епископ Рима неоднократно цитировал монс. Оскара Ромеро, святого епископа-мученика, который считал, что «чувствовать вместе с Церковью - значит принимать участие во славе Церкви, неся в себе весь кенозис Христа. В Церкви Христос живёт среди нас, и поэтому она должна быть смиренной и бедной, ибо Церковь надменная, полная самодовольства, Церковь самодостаточная не является Церковью кенозиса» (ср. Homily, 1 октября 1978 г.).

«Кенозис Христа», пояснил Папа, это «не только слава Церкви, но также призвание, призыв, дабы это стало также и нашей личной славой и путём святости. Кенозис Христа это не что-то из прошлого, но полноценная гарантия: мы можем чувствовать и открывать Его действующее присутствие в истории <…>. Кенозис Христа напоминает нам, что Бог спасает в истории, в ежедневной жизни, что это и Его история, и в ней Он идёт нам навстречу».

Задачу, которая из этого следует, преемник Святого Петра изложил следующим образом: «Важно, чтобы мы не боялись приблизиться и прикоснуться к ранам нашего народа, которые также являются нашими ранами, и это свойственно Господу. Пастырь не может оставаться в стороне от страданий своего народа; более того, можно сказать, что сердце пастыря измеряется его способностью быть тронутым огромным количеством раненых и чья жизнь под угрозой. Делать это так, как свойственно Господу, означает позволить этому страданию поразить нас и наложить отпечаток на наши приоритеты и вкусы, на то, как мы используем своё время и средства, а также на то, как мы молимся».

Здесь отмечается сходство с тем, что утверждал сам Папа Франциск в апостольском увещании Evangelii gaudium: «Давайте же выйдем, выйдем, чтобы предложить всем жизнь Иисуса Христа <…>. По моему мнению, пусть лучше Церковь будет избитой, изувеченной и испачканной грязью из-за того, что смогла выйти на улицу, чем если она заболеет из-за закрытости и эгоистичной привязанности к собственной безопасности. Не хочу, чтобы  Церковь заботилась о том, чтобы быть центром, и в итоге запуталась в клубке страстей и судебных разбирательств <…>. Надеюсь, мы с вами не столько боимся сделать ошибку, сколько опасаемся закрыться в структурах, дающих ложное чувство безопасности, в правилах, превращающих нас в неумолимых судей, в успокоительных традициях; а тем временем снаружи – множество голодных людей» (н. 49). Кенозис Христа требует отказа от виртуальности существования, дабы внимать шуму и постоянному призыву реальных людей, которые побуждают нас создавать истинные связи.

Как же осуществить этот выход в мир, чтобы он стал встречей с реальностью? Такая задача предполагает многоуровневое решение и требует от пастырей подлинного обращения своих общин. Аспект, который хотелось здесь рассмотреть более подробно, связан с главным действующим лицом этого кенозиса, с Утешителем, со Святым Духом. Это путь, указанный Вторым Ватиканским собором там, где говорится о «не лишённой глубокого смысла аналогии» между тайной Воплощения Сына Божия и тайной Церкви: «Ибо, как естество, воспринятое Божественным Словом, служит Ему живым орудием спасения, нерасторжимо с Ним соединённым, так и социальная структура Церкви служит Духу Христову, её животворящему, ради возрастания Тела (ср. Еф 4, 16)» (Lumen Gentium 8).

Без любви, укрепляемой даром Утешителя, Церковь стала бы телом без души, и этот дар - не плод человеческих усилий, а бескорыстное излияние благодати, незаслуженное и непредсказуемое. Туда, где Богу поклоняются в бодрствующем ожидании, воздавая благодарение за присутствие Воскресшего Распятого среди своих, проникает Святой Дух, порождая Церковь, покрытую, как Дева-Матерь, Его сенью.

Однако созерцательный характер церковного бытия и действия ни в коем случае не означает бегство от мира или страх действовать в нем: если Бог Церкви полностью погрузился в человеческую историю, то Церковь Божия не может оставаться сторонней наблюдательницей истории, равнодушной к страданиям и чаяниям людей. Подобно тому, как Жених стал человеком, так и Его Невеста живёт в истории: Пресвятая Троица разбивает свои шатры во времени, обитая в Церкви со всеми ограничениями и условиями, которые могут проистекать от исторических и мирских обстоятельств. Главным творцом этого кенозиса является Святой Дух: «Святой Дух, пишет православный богослов Владимир Лосский, сообщает Себя людям, отмечая каждого члена Церкви печатью личного и неповторимого отношения к Пресвятой Троице, становясь ‘присутствующим’ в каждой личности. Каким образом? Это тайна, тайна уничижения, кенозиса сходящего в мир Духа. Если в кенозисе Сына нам явилось Лицо, в то время как оставалось сокрытым под ‘зраком раба’ Божество, Святой Дух в Своём сошествии являет общую природу Пресвятой Троицы, но сокрывает под Своим Божеством Лицо. Он пребывает не откровенным, как бы сокрытым в Своем даре для того, чтобы сообщаемый Им дар был полностью нами присвоен» (Владимир Лосский, Очерк мистического богословия Восточной Церкви, 1967).

Святой Дух есть историческое измерение тайны: именно Он дарует Церкви возможность быть ликом – исторически определённым и подлежащим изменениям – Божественной жизни, нисходящей свыше и излитой на всех. Благодаря этому кенозису живой Бог проявляет солидарность с бедными и присутствует в бедных и отверженных, принимая участие в их страданиях, жаждая восстановить их попранное достоинство, справедливость для всех,  призывая людей к заботе об окружающей среде, в которой они призваны жить. Встречать, любить этого Бога и служить Ему означает встречать, любить бедных и служить им. Особенно, подчеркнул Папа во время Всемирного дня молодежи в Панаме, этот кенозис необходим нам в силу «ситуаций нашей молодёжи, полных надежд и желаний, но также глубоко отмеченных множеством ран. Благодаря молодёжи мы можем бросить свежий взгляд на нашу эпоху и распознать знамения времен, потому что, как утверждали Отцы Синода, молодые люди – это одно из пространств богословия, в котором Господь позволяет нам узнать о некоторых своих ожиданиях и задачах для созидания завтрашнего дня (ср. Синод о молодежи, Итоговый документ, 64). Вместе с ними мы можем лучше увидеть, как сделать Евангелие более доступным и достоверным в мире, в котором мы живем; молодые люди подобны компасу, который подсказывает, в какой точке мы находимся как община и как общество». Больше, чем где-либо, в молодёжи кенозис Христа ожидает зари воскресения, в который мы все должны вносить вклад и от которого никто не имеет права уклониться.

04 июля 2019, 10:07